Ольга Сережникова. В защиту Золушки

Вопрос look-ов в поездках к родне всегда стоит крайне остро, причем для обеих сторон.

Драные джинсы доводят родню до полноценной истерики (Господи! Что люди подумают! Что на паперти там у себя стоите, голодаете, носить нечего!). Поэтому для поездок к родне у всей семьи есть дежурная униформа. Если джинсы (плохо, конечно, но лучше, чем вообще ничего) – не просто без дыр, но и без малейших потертостей, не слишком узкие и уж тем более не слишком широкие (особенно важно, чтобы зад был на месте и коленки не отвисали), и вообще без намека какую-либо поношенность. В комплекте к джинсам непременно должна идти рубашка, желательно белых, максимум голубых оттенков – это в мужском варианте, а в женском – блузка веселых расцветок в знак хорошей жизни и отсутствия депрессии. Но лучше, конечно, если все же деловой костюм и платье до колен с оборками, примерно как у бабушки в твоем возрасте, только, конечно, в разы хуже, ведь сейчас хороших вещей уже не делают. С обувью тоже все не сложно: в мужском варианте – только новые и кожаные, в женском – тоже новые и кожаные, но еще и на каблуках. Внешний облик в нашей семье вообще обязан быть каждый раз новым – иначе какие-то там люди не поймут, не то подумают и скажут что-то не ахти. А нам этого не надо.

Помню, мама, собирая нас с сестрой и отчимом к родне, каждый раз строго следила за тем, как повязаны на нас банты и наглажены стрелки. «Ну мам…» – просили мы. «Это не обсуждается!» – отрезала мама. Отчиму доставалась выходная рубашка, костюм, новые ботинки. Накануне ему нужно было подравняться в парикмахерской, за час до выезда побриться и не порезаться, а в дороге не измять пиджак. Мы по пять часов ехали по полям и весям в гольфах и хрустящих сандалиях, белоснежных блузках с накрахмаленными воротничками и плиссированных юбках, боясь лишний раз пошевелиться и попросить попить. Но мама знала, что делала. По одежке родня судила о состоянии наших дел: что здоровы и сыты, работаем и учимся, получаем премии и одни пятерки, что у внуков есть отец и мать, что у некогда непутевых хиппующих детей вышли вполне сносные семьи, теперь никто не курит и не пьет, на гитарах во дворе не бренчит, воротнички вон крахмалит, и вообще. Вроде на людей стали похожи. Но все равно не до конца.

«Ну что ты волосами завесилась, как болонка, а ну убери волосы со лба, заплети нормальную человеческую косу! Ну что вы за родители, вы что не видите, на кого стал похож ребенок!». «И джинсы с детей снимите, и чтоб больше я их не видела – детям еще детей рожать, а у них вся мочеполовая система будет деформирована! Вы вообще знаете, что это рабочая одежда у американцев? А вы на детей ее!». «И юбку подлиньше в следующий раз чтоб надела, нечего мне тут голыми ляжками сверкать!». «Боже мой, какие же вы тощие, худые, синие, концлагерь Бухенвальд! Ну что люди скажут!» – систематически получали мы.

Годы идут, и ничего не меняется. По сей день анафеме подвергается все мое самое любимое: безразмерные парки, простые футболки, любимые джинсы, удобные кроссовки, черный цвет, серый цвет, белый, любой монохром. Попробуй приехать к бабушке в деревню в спортивных штанах и шлепанцах на босу ногу, чтоб просто отдохнуть на грядках – не выйдет. Родня то и дело будет выяснять: «Вам там есть, наверно, совсем нечего, да?». «А молодежь сейчас так хорошо одевается! Шубы у всех, юбки, каблучки…». «Давай я тебе денег дам – хоть туфли себе нормальные купишь».

Ты же девочка, говорит мне родня («На четвертом десятке!» – «Тем более!»), что ты одеваешься, как незнамо кто, как какой-то рыбак? У тебя же есть шуба – почему ты в ней не приезжаешь? Сапоги есть, туфель сколько, а ты все в кроссовках ходишь – успеешь еще во времена остеохондроза походить. И все в джинсах этих – видел бы дед, был бы в шоке, он их так не любил. И одежда у тебя вся черная, серая, ну ладно, белая – это же скучно. Ты что, не можешь купить себе платье хоть какое-нибудь? Красное, например – тебе бы так пошло к черным волосам, как Кармен была бы, эх… И не красишься совсем – неужели не хочется быть красивой? Сейчас столько всего в магазинах, скидки у вас там на каждом углу, бренды разные… Не то, что раньше – тушь из грифеля, пудра из дуста, тени из гуталина, бигуди из алюминия, и все равно – мусор без макияжа и прически не выносили. И золото совсем не носишь– как будто у вас денег нет. Одно жалкое колечко обручальное – и то не золотое. Аж жалко тебя, Золушка ты наша. Ну и что, что платиновое – а кто знает, что не серебро? А глядя на тебя, люди вообще, поди, думают, что простая бижутерия – в майках, как у тебя, у нас только бабки грядки копают.

Вот представьте, говорю, лечу я к вам на самолете, часа два с половиной, потом еще три еду по бездорожью, удаляюсь, значит, в самую суть глубинки, вся такая в шубе, на каблуках, в рыжем золоте, в алом платье, с бархатным клатчем и  залакированной «ракушкой» на макушке. Со мной еще два чемодана с шелками и каблуками – ну, чтоб на каждый день новое, а то шашлыки, оливье и грядки имеют свойства оставлять пятна. А люди-то подумают! А нам этого не надо! Нам надо, чтобы, во-первых, было красиво. А во-вторых, я сама не хочу, чтобы мои самые близкие, самые родные и любимые думали, что я как-то там не стильная, не модная и вообще…

Поделиться с друзьями:

Добавить комментарий