Во-первых, это просто красиво

Ольга Сережникова

Весь 20-й век женщины потратили на то, чтобы добиться равенства с мужчинами. Боролись за равноправие и победили в этом конкурсе. Теперь работаем на равных, собираем трактора и управляем заводами, а они бреют ноги, ходят в спа и даже анорексией начинают страдать, хотя испокон веков это преимущество было за нами. Мы научили их разбираться в целлюлите, размерах нашего белья, сантиметрах наших талий, килограммах наших тел, и не любить нас. Они заставили нас не бояться любой работы, делать пластические операции, дружить с перекисью водорода, и любить их.
В Москве, говорят, уже не модно дарить женщинам бриллианты с машинами, ими уже никого не удивишь, нынче в моде подарки в виде пластических операций: классика — грудь, тренд — ягодицы. Так как тюнингованная женщина под мышкой для блезиру определяет статус своего обладателя. Чтоб издалека было видно, сколько в нее добра вложено. И делают же, если не хотят возвращаться к маме, как минимум, под Воронеж, а ведь есть еще Владивосток и Камчатский край. До нас намного позже доходят московские веяния, но знакомой девочке муж на день рождения уже подарил третий размер груди, сделали — красиво, идеально, а ему маловато будет, так что и подарок на 8 марта решился сам собой — крепкая «четверка»!
Такой вид мужчин компенсируют свое моральное или физическое уродство красивыми женщинами, доводя их до синтетического стандарта. Это напоминает жест лондонского денди Оскара Уайльда, когда увидев на улице нищего в лохмотьях, он не дал ему денег, еду или пальто, а приказал сшить для него точно такие же лохмотья, но из очень дорогих тканей. Этот вид не проходит мимо женщин, которые им не нравится, а берут их в жены и перешивают под себя. В жизни настоящего денди должен быть такой аррогантный эпатаж.
Иные не дотягивают до энергетики идеально-безобразного Сержа Генсбура, которому его гигантские уши, нос и пьянство не мешали окружать себя юными девами, вперемешку с прекраснейшими из француженок — Бриджит Бардо, Катрин Денев, Джейн Биркин. Поэтому они перекраивают свои уши, носы и подбородки на более волевые, вкалывают ботокс и делают блефаропластику, имеют спортивные хобби и мотивы правильно питаться, легко бросают пить и курить, два раза в неделю посещают бассейны, обязательно с серебряными фильтрами.
Мне нравятся ухоженные мужчины, когда хорошо одеты, имеют вкус и стиль, белозубую улыбку, вкусно пахнут, вовремя пострижены и вымыты. Когда им дается это безусильно и небрежно, а не с большим трудом и фанатично — тогда не интересно, иногда до жалости. Когда я познакомилась с будущим мужем, меня просто пленили его маникюр и модная стрижка. Мы разговаривали о чем-то, а я следила за его руками и теряла нить разговора, мне казалось, я не видела ничего прекрасней, чем эти грубые мужские руки без цыпок, обгрызенных ногтей и засохших заусенцев, с идеальной линией кутикулы и отполированной пластиной. Мужским задницам и улыбкам я всегда предпочитала руки, а тут еще и такие! Свои не идеальные на всякий случай прятала в карманах и думала, что пора менять свою жизнь — на эти руки.
Дезориентированные бедняги отстаивают свои права выглядеть плохо, плюются и сморкаются на рекламу мужского нижнего белья, кучкуются с себе подобными, назло всему миру носят носки с босоножками и любят повторять про «не красивее обезьяны». От этого широкоплечие атлеты с крепкими задами не перестают нравиться женщинам. Возможно, в это трудно поверить, но мы тоже хотим красивых и стройных, с прессом и дельтовидными мышцами. Мы, конечно, не выйдем замуж за одни только ноги, нам и своих вполне достаточно, но сознательно жить с обезьяноподобным никто не хочет, даже те, кто уже живет.
Только когда женщина влюбляется, стандарты красоты у нее резко мимикрируют под объект любви, он кажется ей самым красивым на свете, с ушами и без, с плохим подарком и потенцией, как денди лондонский и незамысловатый, потому что любимый мужчина всегда самый красивый и очень всем нужен.
Я тут как-то семью разбила, случайно, по телефону. Дело было вечером, делать было есть что — позвонить по работе малознакомому человеку, по какому-то сложному номеру телефона, в котором легко запутаться: шесть восьмерок, восемь шестерок. И я запуталась. Трубку взяла женщина, я спросила человека, кажется, его звали Вадим, а дальше все спросила она: кто я такая, что мне надо, откуда у меня этот номер, зачем я знаю ее мужа, как давно это у нас с ним, когда все это кончится, как ей все это надоело, в курсе ли я, что у них дети, а еще дальше она перешла на непереводимую истерику. Что бы я не отвечала — ей было уже не важно. Что бы я не говорила — она не слышала. Я положила трубку, но чтоб мне это как-то помогло, так нет. Она перезвонила расставить все точки над «i» (показать кузькину мать, раздуть из мухи слона, бурю в стакане воды, катить бочки, реветь белугой, только хардкор) и звонила еще много раз, до самой ночи, тыкала в трубку своего мычащего Вадика и кричала, чтобы я забирала его себе, а его отправляла ко мне, с вещами. Я говорила ей: «Женщина, миленькая, успокойтесь, мне ничего не надо, у меня все есть! Я честно ошиблась номером!» Она кричала: «Сучка! Ты, думаешь, первая? Ты, думаешь, последняя? Да у нас таких как ты — вагон! И маленькая тележка! Пускай валит! Подавись! Счастье такое! Аха-ха-хах!» — угрожающе хохотала она, бросала трубку и перезванивала, чтобы сообщить, что он импотент несчастный, что не хочет уходить и вообще детей больше не увидит.
Я трубку брала, в надежде поддержать Вадика, ему было намного хуже, чем мне, но женщина цеплялась за какое-нибудь слово, и все начиналось сначала. «Я случайно…», она тут же придиралась: «Случайно?! И женатых мужиков ты из семьи уводишь тоже случайно?!» Выходит, да. «Такси вызвано! Жди!» — докладывала женщина, насылала на меня пару проклятий и бросала трубку, чтобы еще раз двадцать перезвонить. Как просто в наше время испортить карму.
У нас с будущим мужем как раз шло второе свидание, а я так бесславно попала в ощип. Когда женщина звонила в очередной раз, я просила его взять телефон, успокоить ее, но ему все это казалось очень забавным, он говорил: «Нет уж, это ваши женские дела, сами заварили, сами и разбирайтесь! И Вадику хоть адрес скажи, долго его еще ждать? Он чай с сахаром пьет или без?»
Зря мужчины боятся умных женщин, когда женщина влюбляется, любая — мозг отключается. И Вадик тоже хорош — это ж как надо было довести человека, и главное — чем? Он же, вроде, того… несчастный.
Ольга Сережникова

Поделиться с друзьями:

Добавить комментарий