«А что тебе молва, суд людской?» История женщины, решившейся родить для себя

Я хотела ребенка, живя в общественно одобряемом, но несчастливом браке, шесть лет. Шесть мучительных долгих лет день за днем, ночь за ночью. Многие знают, что такое хотеть, просить и страстно желать.

Месяц за месяцем, анализ за анализом, укол за уколом, процедура за процедурой. Когда даже врачи изумленно разводили руками, оставалось только одно – ждать. По китайскому календарю, по японскому, по церковному, по фэн-шуй… По советам старого деда, заговорам гадалки, ведуньи, знахарки, по чудодейственному рецепту «одна бабка сказала», на растущую луну и на полную… Сходить с ума, закапывать палки на огороде, поливать «священной водой» и роптать, и удивляться себе, и плевать на палку через плечо, но верить, что смогу однажды родить.

Просто верить. Даже растерявшись, даже в сомнениях, даже когда не верит чужая мать. Говорю сейчас про свекровь. Родная мама давно от нас с сестренкой ушла, еще в детстве, в другую жизнь, где мы ей уже не мешали быть красивой, желанной, беззаботной и молодой.

Наверное, так бывает – безумно влюбилась, обо всем на свете забыла. Забыла, забыла… Уже совсем спокойно звучит. Как не очень нужную вещь оставила, потеряла. Неизвестно, где теперь, чем живет? Да и нам уже не больно хочется знать. Больно было тогда, в детстве, когда мы с сестрой, обнявшись, плакали у окна, часто, горько. Горше всего на свете.

Кто-то мечтал получить домик Барби, кто-то поездку в Диснейленд, а мы просто хотели, чтобы однажды мама вернулась домой. Но женщина, которая выносила нас и родила, больше о нас не вспоминала. Отдала бабушке с дедушкой. Они были самые родные, но слабенькие, старенькие. Их самих нужно было любить и беречь. Так рано закончилось мое детство, когда я за ручку вела в первый класс сестру, и время от времени сестра начала тихонько называть меня мамой. Мне нужно было быть сильной, нужно! Не всегда получалось.

Я на удивление удачно, но, наверное, рано вышла замуж, за первого взрослого, сильного, приличного человека, что позвал. Казалось, что по любви, казалось, что навсегда. Но моя история совсем не о том.

Итак, я шесть лет хотела ребенка, а свекровь, которую я, глупая, привыкла звать «мама», бурчала громко и вполне различимо, но так, чтобы я долго ничего не могла ответить, вроде себе под нос:

– От, молодежь, абортов понаделают, потом не могут ни забеременеть, ни родить. Тьфу, доходяги!

– Да не делала я! Не делала! Во многом грешна, но не в том, не убивала, не убила бы я собственное дитя! – срываюсь на крик. – Слышишь, Господи, никогда! – и уже не надеясь на небеса, к матери:

– Да если бы и сделала, мама, это такая страшная кара – ждать! Неужели, меня никто и никогда не будет так звать – «МАМА»?!

Тогда я почти перестала бороться, почти смирилась. Поняла, наконец, что мой муж, в общем-то, и не очень хочет детей – ему удобно, он так привык. Еще через какое-то время от дальней родственницы случайно услышала, что и не сможет, если крайне заинтересованно не захочет и срочно не начнет лечиться, и знает об этом «нюансе» все мои шесть бесконечных, сумасшедших, отчаянных лет. Наблюдает все метанья сдержанно, свысока, и молчит.

Я не сумела забыть про ложь. Поникла. Стала примериваться к детским домам. Но что-то смутное внутри не позволяло принять решение и привести уже не маленького ребенка в семью, где можно безучастно, бездейственно наблюдать, как терзается другой человек – и молчать. Да и само слово «семья» вдруг стало звучать и существовать в кавычках…

Потом произошла одна случайно-неслучайная встреча. Я познакомилась с женщиной, социальным педагогом и специалистом по вопросам опеки и усыновления, где-то между Минском и Витебском, в поезде. И стала осторожно интересоваться, как лучше юридические процедуры оформлять. Она дежурно отвечала, а потом заглянула глубоко-глубоко в глаза и без лишнего расшаркивания спросила:

– Что ж ты, еще молодая, а своего не хочешь родить?

– С мужем не могу…

– Что не можешь – понятно, почему не хочешь?

– Хотела.  Долго.  Теперь не знаю, разве только ЭКО. Но это такие деньги! Мне не потянуть, его не убедить…

– Сдалось тебе ЭКО, что – последний мужик на земле?

– Правду не примет, а врать всю жизнь не хочу.

– Не ври, разводись и себе рожай.

– Люди обговорят.

– А что тебе молва, суд людской? Тебе жить, и никому право других судить не дано.

— Бог накажет ведь, за развод.

– Бог, девочка, не в церкви, не в книжках, а у тебя в душе. Только сама себя можешь на всю жизнь покарать.

– Даже если так, от кого рожать? С кем?

– Ну, это дело не хитрое, можно сказать, житейское – найдется. Главное, рожай, живи себе на здоровье, и дитю своему еще не рожденному дай пожить.

Так чужая взрослая женщина, не мама, не бабушка, не тетя и не соседка, меня поняла и не осудила – действительно помогла.

А скоро и вправду нашлось от кого рожать. Встретился совсем молоденький мальчик и, как по наитию, сказал самые правильные слова:

– Я хочу от тебя детей!

– А если я не смогу родить? – шесть лет неудачных попыток давали знать, даже в своем здоровье я уже сомневалась, пыталась перестраховаться, заранее предупредить.

– В детском доме возьмем.

– Позволишь привести в дом не родного ребенка и сможешь любить?

– Ты же мне не родная, а я люблю. Бывает, что люди берут и любят не родного ребенка, а потом, как чудо, случается, и рожают уже своего. Так сразу двое детей получается – и вдвойне счастливее будут, как Кот Матроскин.

Как этот мальчик в свои неполные девятнадцать лет умудрился найти такие слова, что мне захотелось верить – не знаю. Но я оттаяла, будто заново ожила.

Родители его, конечно, от такой нечаянной перспективы были далеко не в восторге и не очень-то желали меня знать-видеть. Мои бабушка и дедушка – вообще на долгое время перестали со мной общаться. Муж был в ярости. Общественность негодовала, судачила. Мне было все равно.

Хотя где-то подспудно, нутром я чуяла, что долго мы, наверно, вместе не проживем, возможно, он и сам не верит в свои слова, которые так смело говорит – как пыль по ветру сеет. Но шанс, пусть даже крошечный, минимальный – был. А значит, это был мой шанс родить.

Я смотрела на своего парня словно со стороны – солнечный улыбчивый мальчик. Пышущий здоровьем силач – богатырь. Белокурый, белозубый красавец – молодой Аполлон. Чего стоят одни глаза, цвета голубого ясного неба, не глаза – глазищи. Не пьет, не курит, борьбой занимается – красота! Какой замечательный генофонд…

Мальчик хотел получить недоступную ему игрушку, а я – дитя. Он думал, что безумно влюблен, однажды и навсегда. Я думала, что отличная идея, как ни крути. А может быть, я тоже самую капельку или даже по уши была влюблена. Сейчас не знаю и не хочу врать – это было уже давно, словно и не со мной.

Но предложение руки и сердца, на следующий же день после моего развода, шло от души и было невероятно красивым: в костюме, на коленях, по-рыцарски, дрожащим голосом, с заветной красной коробочкой в руках, которую я должна была открыть и что-то сказать. Я вытерла бежавшие от волнения слезы и сказала «да». В тот момент, ни о чем не задумываясь, надеясь, что наперекор всему, у нас действительно может быть будущее. Были еще рассветы, закаты, прогулки за ручку и под луной. Сгущенка по ночам, орхидеи по утрам, стихи. Больше ничего пока что и не было, после развода мне требовалось время, чтобы немножечко отойти. За полгода я дважды переносила свадьбу. Словно знака ждала – дождалась. Сдалась накануне дня рождения любимой младшей сестры. Родные, объявили мне бойкот, лишь она поддержала и позвала в ресторан нас двоих – приняла. Ей исполнилось восемнадцать, мне двадцать семь. Я смотрела на свою любимицу, как на уже взрослую дочь и вспоминала день, когда этот милый кулечек привезли из роддома. Как она росла, как с ней было хлопотно, интересно! Как болела, падала, лежала в больницах, кричала, плакала, сбегала к подружкам и на свиданья, таскала мои платья и каблуки. А как страшно было в первый раз малышку купать, и как она доверчиво вцепилась в мой палец двумя ручонками и, слава Богу, еще не отпускала пока. И как эта девочка бескорыстно умела любить, преданно, ласково, как может любить только родное дитя. И как она быстро выросла.

Ни есть, ни пить я, понятное дело, уже не могла. Могла еще думать о том, чего давно хотела сама…

В ту ночь я осталась у него ночевать, а в самый ответственный час поняла, что беременна. Как вам описать, чтобы поняли и поверили, не хотелось бы языком пошленьких, сочиненных романов, но по-другому никак. Земная любовь была нежна и прекрасна. Я упивалась страстью, не вспоминала о правилах, о морали, о судах, людях, тем более о грехе. Но одна мысль звенящими молоточками все же пела, звенела у меня в голове: «Ребенка, ребенка, ребенка! Люби меня, люби, подари мне ребенка…»

Потом – яркая вспышка, как будто разом потемнело и засияло в глазах. Совсем не то, что и до, и после я называла затертым словом «оргазм». Словами не получается описать это нереальное, пьянящее счастье, тепло и свет.

В одно мгновение я поняла, что во мне уже живет новая жизнь. Утром мы оба были смешные и пьяные без вина. Сгребли в мусорку так и не открытые презервативы. Купили тортик и, ни капли не сомневаясь, поехали к сестре – отмечать это знаменательное событие. Чаем. Ничего другого было уже нельзя.

Вечером будущий молодой отец поехал провожать меня на электричку. По дороге я про себя вспоминала глупенький анекдот: «Уступите будущей матери место в автобусе. Как незаметно? Между прочим уже четыре часа!» И улыбалась тихонечко про себя…

Все произошло и все получилось. День в день по сроку я родила чудесную девочку. С отцом ребенка сложилось, как и предполагала – разругались и разошлись задолго до рождения дочери. О дочке ни разу не вспоминал. Несостоявшаяся свекровь встала на сторону сына и тоже особенно внучкой не интересовалась. Но это уже не имело никакого значения…

Все равно всю свою жизнь я буду им благодарна. Сестра счастлива и охотно нянчит племянницу. Доченька замечательно спокойно спит по ночам, только я иногда просыпаюсь: вдруг пугаюсь, что все произошедшее – только сон. Но нет, дочка сопит, доверчиво уткнувшись в мое плечо, обнимает меня обеими ручками. И все у нас хорошо.

Женщинам, которые тонут сейчас и лихорадочно ищут земную твердь под ногами, я хочу сказать: Бог всегда дает нам шанс и протягивает незримую руку помощи. Надо только взять эту руку, и поверить, прежде всего – в себя. Рожайте себе детей, даже целому миру наперекор: вы никогда не останетесь одни. Ведь вы и ваш ребенок – это уже маленькая семья!

Автор Вероника НАКТИНАС

Поделиться с друзьями:

Добавить комментарий