В постели с врагом

На днях, полистывая телеканалы, нарвалась на чистосердечные признания одной знаменитости своего детства и остановилась дослушать – история про микроволновку показалась мне до боли родной и близкой.

– Понимаешь, – с пылом и жаром объясняла знаменитость телеведущей причины своей неудачной личной жизни, – я люблю одну девушку, но жениться на ней не могу: у нее очень тяжелый характер. Приехала как-то раз в гости и специально – специально! – загадила всю микроволновку! Поставила разогревать еду и не накрыла крышкой – и сделала это нарочно, чтобы мне досадить!

Телеведущая ничего не поняла, а я – очень даже: рипофобов в моей жизни побывало с вагон и маленькую тележку.

Помню свое первое с ними столкновение. В недалеком прошлом выдался мне такой партнер по работе, с которым мы систематически вручали какие-то за что-то награждения: я – цветы, а он – грамоты. Дело нехитрое, но даже в нем мы однажды оказались на грани провала. Вручал он эти свои грамоты, вручал, как вдруг заметил лепесток хризантемы. Который выпал и лежит себе бессовестно посреди сцены, ужасно всем мешает.

Пока ведущие объявляли лауреатов, дипломантов и триумфаторов, а те чинно поднимались на сцену, партнер играл бровями и жутко вращал глазами в мою сторону. Но я, в память о несостоявшейся модельной карьере, воспользовалась советом ее бывалых: что бы ни происходило вокруг – улыбайся и продолжай свое дело. Старательно улыбалась и изо всех сил делала вид, что даже если начался пожар, то не поддамся панике – в зале все-таки три с половиной тысячи паникеров.

Потеряв всякую надежду на взаимопонимание, партнер напрочь забыл о том, что мы в центре лобного места, придвинулся ко мне вплотную, стал щипать за бока и шипеть, все громче и больше матом. Из-за чего мне таки пришлось выйти из комы и понять, что не пожар причина сего припадка, а лепесток на полу, который нужно срочно найти и обезвредить. Причем, нужно именно мне: у меня и руки более свободны, и вообще я за цветы отвечаю.

В тот день у меня перед глазами пролетела вся жизнь: в зале три с половиной тысячи зрителей, прямой эфир, я прибита к полу 12-сантиметровыми шпильками, в платье с максимальным декольте и двухметровым шлейфом, стою аккурат посреди сцены, вручаю цветы людям – и тут вдруг должна резко принять позу Прасарита Падаттонасана, чтобы убрать лепесток, которого даже не вижу. К такому жизнь меня не готовила. Поэтому мы с партнером стояли каждый на своем до конца, практически насмерть. Я старательно изображала слепоглухонемую, а он не унывал, щипал меня за бока и, весь на грани нервного срыва, шипел: «У-убери его!» А за кулисами вообще чуть не убил.

Но та сцена просто мелочи жизни по сравнению с тем, что кому-то приходится со всем этим жить. Как, например, многострадальной семье одной моей знакомой.

– Почему ты так редко у нас бываешь? – возмущается она, стоит только переступить порог ее дома.

А я не знаю, что ответить, чтоб не обидеть. Ведь она ничего плохого, по сути, не делает, а я все равно опасаюсь, что в ее гостях события начнут разворачиваться, как в фильме «В постели с врагом».

Не успеваю я переступить этот самый порог, как она уже замечает на моей юбке морщинку.

– Стоять! – кричит она так, будто я собралась прыгнуть с восьмого этажа, а не всего лишь испить кофею. – Давай сюда!

В коридорном углу у нее таится паровой генератор. И я уже знаю, что это за адский агрегат: в прошлый раз она ошпарила мне ногу в попытке разгладить на мне джинсы. Но умолять бесполезно – она не выпустит, пока не ошпарит. Ведь главное, чтобы ничто не задевало взгляда хозяйки.

За тот час, что я отбываю у нее в гостях, она так и не присядет. С тряпкой наперевес трет все, к чему прикасается рука человеческая. Бесконечно раскладывает на столе блюдца, чашки, ложки: ручка чашки должна быть строго перпендикулярна узору на блюдце, чайная ложка – параллельна ручке, и так далее. Без устали полирует поверхности и подбирает каждую пылинку.

– Вы что, специально это делаете?! – взрывается она, стоит лишь нарушить порядок в поле ее зрения, и дальше не сводит с нарушителя орлиного взора.

– Ноги! – распоряжается строго, чтобы помыть пол, второй раз за тот час, что я в гостях.

Мой интересный рассказ про то, как я живу, проходит под аккомпанемент швабры и ворчание:

– Говори-говори, я все слышу. Просто я вся чешусь, когда вижу грязь и микробы!

По дому все у нее ходят строем, в спецтапках и бахилах, но даже в них на ковры ступать запрещено, о чем знает даже кот – ковры он обходит по периметру, чтоб ни один микроволос, ни один микроб на них не опал, иначе – инфаркт миокарда и кошачий приют.

На диванах и креслах – съемные чехлы, в буфетах коллекции фарфоров и слоников выстроены по росту и палитре, пульты обернуты в целлофан, содержимое холодильника расставлено строго симметрично и по размеру, в ванной – одноразовые полотенца, в туалете – самоочищающийся стульчак, а у кота вообще нано-лоток, который все утилизирует и орошает ароматами СПА. В гардеробе вещи разложены в определенном порядке, по толщине и цветам, как в каталоге мебельного магазина, иначе хозяйке не уснуть. Перед стиркой она обязательно взвешивает вещи, потому как если в инструкции к стиральной машине умными людьми написано, что три кило, значит – три кило и ни грамма больше. Если на грамм больше – один носок остается ждать следующей стирки.

А обуви в доме нельзя находиться даже в прихожей – она должна ждать за порогом. И ничего, что она может найти другого хозяина – здоровье дороже. В дом нужно входить босиком и ни в коем случае никуда не класть пальто и сумку – ведь неизвестно, где до этого ты их клал, на каких антисоциальных помойках. Для пальто есть специальный шкап, заботливо протираемый спиртовыми салфетками до и после, а для сумок – одноразовые пакеты.

– Так хорошо посидели – приезжай к нам почаще! – просит она напоследок, попутно ошпаривая меня парогенератором.

– Уж лучше вы к нам, – как бы отшучиваюсь я, но на деле совсем не шучу.

В гостях ведь она тоже хорошо прибирается.

Автор и ведущая рубрики: Ольга Сережникова

Поделиться с друзьями:

Добавить комментарий